Стратегия и сталкинг. Карлос Кастанеда

Карлос Кастанеда и его наследие

Валерий Чугреев. Искусство стратегии и сталкинга. Карлос Кастанеда

Стратегия > Стратагемы > Стратагема № 22


Стратагема № 22. Закрыть дверь и поймать вора

Примеры использования (описание).

Фрагменты из книги: Зенгер Х. фон. Стратагемы. О китайском искусстве жить и выживать. Том 2. - М.: Изд-во Эксмо, 2004.

А также фрагменты из книги А.И. Воеводина "Стратагемы - стратегии войны, манипуляции, обмана".



Не все так просто, как кажется

Стратагема 22, подобно стратагеме 3 или 28, относится к тем уловкам из китайского списка хитростей, чей смысл непосредственно и незатейливо заключен в самом названии, в отсутствие всякого поэтического образа, без связи с какой-либо историей. Оба действия, на которых строится стратагема, изображаются крайне скупыми средствами: вначале запирают ворота, затем разделываются с непрошеным гостем, как показывает следующая заметка, впрочем, из западной газеты: "Завидное хладнокровие выказал житель Эглизау*, которому в пятницу ночью удалось запереть грабителя, проникшего в подвал его дома. Полиция, слегка повозившись, задержала этого человека" (Новая цюрихская газета, 31.10.1987). Действия в стратагеме 22 совершенно противоположны тому, что представляет собой стратагема 16. Однако вполне возможно сочетание стратагемы 22 и ложного проведения стратагемы 16.

*Eglisau, швейцарский городок (3150 жителей) на р. Рейн в округе Бюлах, кантон Цюрих. - Прим. пер.

Под "вором" в выражении стратагемы 22 зачастую подразумевается настоящий преступник, а вот "запирание ворот" нередко употребляется в переносном смысле для осуществляемого на открытой местности окружения.

Стратагема 22 следует сразу за стратагемой 21, где на первый план выдвигается бегство и его сокрытие. В противоположность стратагеме 21 стратагема 22 не помогает бегству, а пресекает его. Если стратагема 21 предстает стратагемой крайности, используемой тем, кто оказался в положении слабой стороны, когда он почти попал в руки противника, стратагема 22 служит тому, кто находится в удобном положении сильной стороны.

Стратагема 22 относится к категории стратагем выгоды, когда используют слабости, недостаток численности и обособленность противника, то обстоятельство, что он добровольно вторгся в сферу вашего влияния, и собственный потенциал, позволяющий отрезать противнику все пути к отступлению и нанести ему поражение.

В отсутствие этих трех условий блокада противника может только навредить. По этой причине Чжугэ Лян (181-234), канцлер царства Шу, потерпел неудачу, когда вдали от родных мест при затрудненном снабжении на протяжении ста дней осаждал полководца вражеской армии Сыма И (179-251). Действие происходило у реки Хуай. Длительная осада в итоге измотала силы не Сыма И, а Чжугэ Ляна ["Троецарствие", гл. 103 и 104].

В военном отношении "ворами" согласно трактату 36 стратагем (Сокровенная книга о военном искусстве) XVI-XVII вв. "являются, например, особые войска неприятеля или лазутчики, которым поручено действовать в нашем тылу". Их отличает сравнительно малая численность, высокая подвижность и быстрота, особый упор на уловки и, как следствие, большая разрушительная сила. Такого неприятеля необходимо как можно быстрее обезопасить, помня совет из Воинского искусства Сунь-цзы: "Если у тебя сил в десять раз больше, чем у противника, окружи его со всех сторон". Он уподобится "рыбе в неводе". И его можно ловить, как "ловят черепаху в глиняном бочонке".

"Десятикратное превосходство", согласно Цао Цао (155- 220), который, несмотря на свою занятость полководца и политика, нашел время написать комментарий к Сунь-цзы, не следует понимать сугубо в численном выражении, а оценивать со стороны военачальника, учитывая такие обстоятельства, как полководческий талант своих и вражеских командиров, вооружение, боевой дух, временной фактор, вид местности и т. д. При наличии соответствующего превосходства и владении обстановкой стратагему 22 можно применить и против главных вражеских сил.

Следует избегать положения, когда "бешеная собака прыгает на стену" ("гоу цзи тяо цян") либо "загнанная в угол кошка превращается в тигра" (генерал Александр Лебедь: Вельтвохе. Цюрих, 24.10.1996, с. 2), когда запертый "вор", доведенный до крайности, оказывается сродни вооруженному мечом безумцу из трактата по военному искусству IV в. до н. э. Вэй Ляо-цзы: "Когда на рыночную площадь нападает вооруженный мечом разбойник, все [находящиеся там] 10 000 человек сторонятся его. Почему? Не оттого, что он храбр, а 10 000 человек не такие [храбрецы]. Тогда почему? Отгого, что готовый умереть не сравнится с теми, кто дорожит жизнью".

Итак, окружение должно быть непреодолимым, "запертые ворота" - неприступными, а закрытое помещение - без прорех и лазеек. Неприятель должен быть настолько подавлен, чтобы у него и мысли не возникло решиться на отчаянную борьбу и произвести большие разрушения.

Противника примерно одинаковой с вами силы не следует окружать, иначе возникает опасность "пустить к себе в дом волка" ("инь лан жу ши"), который все там сокрушит. Равному по силе противнику нужно скорее противопоставить стратагему 16. Конечно, можно также создать благоприятные условия для взятия в кольцо противника, расчленив его силы. Тогда собственные силы сосредотачивают для создания превосходства на отдельном участке, благодаря чему такого противника "разбивают поодиночке" ("гэ гэ цзи по").

Окруженного противника нужно лишить возможности прибегнуть к стратагемам. Он должен быть на виду. Самим же следует держаться в тени, совсем как поется в заключительных строках "Трехгрошовой оперы" Брехта: "Тех, кто на свету, видят, а тех, кто в тени, - нет".

Даже предоставляя противнику определенную свободу действий, вы должны ограничивать ее в соответствии со словами Лао-цзы: "Сеть природы редка, но ничего не пропускает" ("Дао дэ цзин", гл. 73. Пер. Ян Хиншуна). Сообразно данным словам в некоторых обстоятельствах можно руководствоваться указанием Сунь-цзы: "Если ты окружен, выходи из положения с помощью хитрости", открыть противнику мнимый путь к отступлению и тем самым привести в действие стратагему лишения силы 19. Противник подумает, что может спастись, и потому не будет "сопротивляться до последней крайности" (Ду My (803-850): ["Сунь-цзы. У-цзы: Трактаты о военном искусстве". Пер. с кит. Н. Конрада. М. - СПб.: ACT, 2001, с. 219]). Следует, конечно, остерегаться, как бы противник на самом деле не ускользнул и не оказался в положении, представленном в военном трактате У-цзы, который приписывают вэйскому полководцу У Ци (ум. 381 до н. э.): "Предположите, что Вы спрятали на обширной равнине всего одного разбойника, но готового умереть. Тысяча человек станут ловить его, и все будут озираться во все стороны, как совы, оглядываться по сторонам, как волки. Ибо каждый из них будет бояться, что тот внезапно выскочит и убьет его. Поэтому достаточно одного человека, решившегося расстаться с жизнью, чтобы нагнать страх на тысячу человек" ["У-цзы", 6.9 "О поощрении воинов" ("Ли ши"): там же, с. 254].

Окружение противника может происходить напрямую, но также и окольными путями, когда полностью контролируют те условия, в которых пребывает противник. Исключается любое убежище, отрезается сношение с внешним миром, отсекаются пути снабжения. Далее, предусматривается, чтобы противник не мог воспользоваться хоть каким-то подвернувшимся случаем. Тем самым ему не оставляют ни времени, ни пространства предпринять что-либо.

Запирание ворот, в зависимости от обстоятельств, происходит сразу - так, чтобы заподозривший неладное "вор" не мог тотчас покинуть дом, - либо чуть позже, когда вор уже захватил добычу и налицо сам состав преступления. Далее, запирание может происходить молниеносно, чтобы вор не мог просунуть ногу в дверную щель; но также может происходить и достаточно медленно.

На глазах закрываемая "дверь", да еще с хлопаньем, может особо нагнать страх на запертого "вора", так что тот, смотришь, и сдастся безропотно. Закрывая же дверь тихо, мы избегаем опасности столкновения с немедленным отпором с его стороны. Пока противник все еще считает дверь открытой, он уверен, что выберется, и мы тем самым не даем укрепиться в нем решимости бороться до конца.

Цель стратагемы 22 состоит в поимке вора. "Если у тебя сил в пять раз больше, чем у противника, нападай на него", говорится в Воинском искусстве Сунь-цзы. При достаточной собственной силе можно задержать противника, пока тот не пришел в себя при виде запертых ворот и не предпринял ответных действий. Но можно позволить вору некоторое время бросаться на стену, и, когда он выбьется из сил, напасть на него. При военных столкновениях для проведения затяжного окружения руководствуются другими соображениями: выжидание, пока в стане отрезанного от внешнего мира противника не воцарится разлад, и тогда будет легче его одолеть. Если же окруженный противник оказывает ожесточенное сопротивление, можно посоветовать заманить его еще в ловушку, чтобы уже без особого труда обезвредить.

"Не забравшись в логово тигра, не добудешь тигренка". Эти слова, произнесенные военачальником Бань Чао в 73 году перед ночной вылазкой и ставшие пословицей, указывают на то, что порой, особенно в военных стычках, приходится проникать в чужую "комнату". Но чтобы это не представляло собой просто отчаянную выходку, необходимо руководствоваться вторым из "Десяти секретов игры в облавные шашки": "Осторожно переходи чужие рубежи".

При случае с помощью разведывательной стратагемы (см., например, стратагему 13) вражеская территория исследуется на предмет ее опасности. Обязательно нужно предусмотреть возможное бегство. Если в случае окружения противник неожиданно откроет путь отхода, необходимо, будучи командиром окруженного войска, отрезать эту возможность бегства и тем самым заручиться, что войско будет продолжать биться, не щадя живота своего. Это советует Ду My (803-853) в своем комментарии к Сунь-цзы.

И стратагема 22, и стратагема 28 нацелены на отрезание противнику пути отступления. Но в отличие от стратагемы 28 стратагема 22 перекрывает противнику все входы в то место, где он находится, и выходы из него. При применении стратагемы 22 противник сам засовывает голову в "пасть тигру", а при использовании стратагемы 28 он туда заманивается. Стратагема 22 направлена на захват и обезвреживание противника, тогда как посредством стратагемы 28 противника побуждают к действиям, необязательно связанным со сдачей в плен. К стратагеме 22 прибегают при наличии превосходства, тогда как стратагему 28 можно использовать и при обычных условиях.

В ходе военных столкновений согласно китайским книгам по стратагемам такое бывает и в случае стратагемы 22, когда противника заманивают в заранее подготовленную западню. Но тогда, если быть точными, речь идет о сочетании стратагем 22 и 28. И здесь я советую обратиться к введению посвященного стратагеме 28 раздела.

Рыцари под градом камней и бревен

Австрийский герцог Леопольд Габсбургский, которому едва исполнилось 25 лет, решил укрепить и расширить свои исконные владения, для чего замыслил нанести мощный удар по Внутренней Швейцарии [союзу "лесных земель"]: одна часть войска должна была, переправившись через [Цугское] озеро, высадиться в Нидвальдене, другая, конная - через [горный перевал] Брюниг ударить в Обвальдене, а он сам с основными силами рыцарей и пехоты - проникнуть через теснину у горы Моргартен в [долину] Швиц. Когда на рассвете 15 ноября 1315г. блистающая доспехами конница победоносно шествовала по узкому проходу между топями Эгерийского озера и крутым скатам отрога горы Моргартен, на них неожиданно сверху полетели камни и бревна, приведя в расстройство их ряды. К тому же перед рыцарским войском возникла засека из деревьев. Рыцари оказались в западне, после чего началось их жестокое избиение, так что герцогу Леопольду едва удалось унести ноги.

Окружение с брешью

"Если окружаешь войско противника, оставь в окружении брешь", - говорится в Военном искусстве Сунь-цзы. В составленном в конце XII - начале XIII в. Произведении "11 мужей комментируют Сунь-цзы"* этот совет разъясняется, среди прочего, на основе случая, имевшего место во время восстания Желтых повязок на исходе II в.

Один город [Юань], удерживаемый повстанцами, не сдавался, сколь ожесточенно ни шли на его приступ. "Мне ведома причина, - сказал предводитель императорского войска Чжу Цзюнь, с возвышения изучив город. - Ведь разбойники обложены со всех сторон. В городе наблюдается невиданное напряжение сил. Сдаваться не хотят. Вырваться невозможно. Поэтому и стоят насмерть. Даже если 10 тыс. стали одним целым, их невозможно одолеть. Ну, а если таких 100 тысяч? Для нас это сущая беда. Было бы лучше разжать тиски. Когда вожак повстанцев это увидит, он наверняка попытается прорваться. Но тогда ослабнет их стойкость, а это и есть путь к легкой победе". Сказано, сделано. Вождь повстанцев действительно покинул находящийся в безнадежном положении город, желая вырваться на свободу. Тут и одолел его Чжу Цзюнь.

*Упоминается книга "11 мужей комментируют Сунь-цзы", в число коих входят вэйский Цао Цао, лянский господин Мэн (т.е. Мэн-ши), танские: Ли Цюань, Ду My, Ду Ю, Чэнь Хао, Цзя Линь; сун-ские Мэй Яочэнь, Ван Чжэ, Хэ Яньси (еще именуемый просто господин Хэ), Чжао Юй. - Прим. пер.

При лунном свете наблюдать за бегством далай-ламы

Как сумел далай-лама в марте 1959 г. сбежать из Тибета в Индию без всяких помех со стороны китайцев? "Завесу над этой тайной теперь можно приоткрыть", - сообщает выходящая в Пекине газета Китайская молодежь. Народно-освободительная армия Китая была подготовлена наилучшим образом к бегству далай-ламы. Лхаса находилась на осадном положении. Если бы пекинские власти отдали приказ, группировке далай-ламы и шагу не позволили бы ступить. Ли Цзюэ [род. 1914], тогдашний начальник штаба Тибетского военного округа, пишет в своих воспоминаниях: "Ночью 17 марта 1959 г. далай-лама и его окружение готовились на северном берегу реки Лхасы к переправе. Наши орудия уже давно были направлены в ту сторону. Достаточно было одного залпа, и никто из них не уцелел бы. Однако пекинское командование не отдало нам приказ задержать беглецов. Так мы и сидели тихо в лесу и при лунном свете наблюдали, как те на кожаных лодках боязливо переплавлялись на южный берег".

Со слов далай-ламы его бегство из Лхасы предстает следующим образом: "Для меня приготовили военное обмундирование и меховую шапку; около половины шестого я снял свое монашеское одеяние, переодевшись в униформу [стратагема 21]... Мне... дали автомат, который я повесил на плечо, чтобы окончательно принять вид военного. Меня сопровождали солдаты. Мы углубились в темный сад... На пути к реке мы миновали большое скопление народа. Мой казначей остановился, чтобы переговорить с предводителями ополчения. Некоторые были осведомлены о том, что я этой ночью покидаю Лхасу. Но народ, разумеется, ничего не знал. Во время разговора я спокойно ждал, стараясь походить на солдата. Еще не до конца стемнело, но без очков я плохо видел и поэтому не знал, разглядывают меня или нет. Я обрадовался, когда разговор подошел к концу. На пути к берегу мы должны были пересечь песчаную местность с зарослями кустарника. Казначей-монах был крепким высокорослым парнем; в руках он держал меч, и я уверен, что в случае необходимости он бросился бы на эти заросли с мечом наперевес. Возле каждого кустарника он принимал угрожающий вид. Но врага нигде не было видно. Мы переплыли реку в кожаных лодках. На противоположном берегу меня встречали родственники. Пришли также министры и духовные лица. Они выбрались из Норбулинки*, спрятавшись в грузовике под брезентом. Нас ожидали около тридцати бойцов из Кхама..."**.

*Норбулинка - построенный далай-ламой VIII в Лхасе дворец, ставший летней резиденцией далай-лам.

**Кхам - Восточный Тибет. - Прим. пер.

Открыть невод и дать уйти Далай-ламе с его спутниками, даже предполагая их бегство в Индию, все это явилось уловкой Мао Цзэдуна, заключает Китайская молодежь [Чжунго циннянь бао], не утруждая себя разъяснением подоплеки события. Почему же отпустили далай-ламу, спросил я в ходе одной из поездок в Тибетский автономный район, будучи членом посланной туда в августе 1997 г. швейцарским Министерством иностранных дел инспекционной группы по правам человека, одного местного чиновника. Ответ был таким: "Если бы по вине китайской стороны с головы далай-ламы упал хотя бы один волос, столь нужное Китаю укрепление власти в Тибете надолго затормозилось бы". Если эти утверждения верны, они показывают, что и один оказавшийся в окружении человек может обладать такой духовной силой, которая делает беспомощной располагающую значительным материальным перевесом противную сторону, вынуждая ее отказаться от стратагемы 22.

Одиннадцать присяжных идут на поводу у одного

В одном местечке на западе США присяжному жюри, состоящему из двенадцати крестьян, предстояло вынести решение о виновности в уголовном деле. Согласно закону, их решение должно быть единогласным. И пока они не примут такого решения, им нельзя расходиться. В данном случае одиннадцать присяжных считали, что обвиняемый виновен, и лишь один был противоположного мнения. И сколько одиннадцать членов жюри ни пытались переубедить своего коллегу, тот настаивал на своем. Дело шло к полудню. Неожиданно небо затянуло черными тучами, задул порывистый ветер. Вот-вот должен был хлынуть ливень. Одиннадцать присяжных сидели как на иголках, ибо у них на подворье под открытым небом сохло зерно. Если не поторопиться, весь урожай очутится в воде. Однако, не приняв единогласного решения, жюри не могло разойтись.

В этом положении еще настойчивее повел себя двенадцатый присяжный. Он сказал остальным: "Скоро пойдет дождь. Если вы не согласитесь со мной, даже и не мечтайте попасть нынче домой". Тут не выдержал один. "Раз ты не хочешь менять свое мнение, это сделаю я", - бросил он в сердцах. А так как и прочим не терпелось скорее попасть домой, они тоже уступили противному мнению. Таким образом обвиняемый был оправдан.

Иной западный читатель, пожав плечами и заметив: "Грубое вымогательство!", махнул бы рукой на эту историю. А вот автор книг по стратагемам Юй Сюэбинь умело разобрал эту историю со стратагемной точки зрения: один присяжный при виде желания его одиннадцати коллег как можно раньше уйти, чтобы укрыть зерно, использовал так быстро тающее для них время в качестве "комнаты", куда он и запер их своей несговорчивостью. Разумеется, он оставил им выход, но открыть его могла только их сговорчивость. Таким образом, один присяжный благодаря стратагеме 22 взял верх над подавляющим большинством.

Прижатый к стенке

В другом приведенном Юй Сюэбинем юридическом случае речь идет о заведующем одним из отделений Государственного банка Китая, по чьему указанию в Гонконг было переведено 5,7 млн. долларов. Вскоре выяснилось, что судьба этих денег неясна. Отсутствовало долговое обязательство, договор купли-продажи или другой какой-либо документ, обосновывающий перевод этой суммы. Обратились за разъяснениями к заведующему. Но тот стал путаться, то говоря о каком-то займе, то вообще от всего отнекиваясь.

У начальства создалось впечатление, что здесь не все в порядке, и решено было взять заведующего под стражу для выяснения случившегося, что того крайне возмутило. По его мнению, еще ничего не было доказано, так что само его задержание противозаконно. Он посылал одну жалобу за другой. Наконец, соответствующая судебная инстанция вынесла следующее постановление: "Если вы присвоили эти деньги, дело идет о хищении. Если вы самолично одолжили их кому-то, вы виновны в использовании денег не по назначению. Если деньги исчезли в результате обманных действий третьей стороны, вам вменяется халатное отношение к служебным обязанностям". Заведующий понял, что загнан в угол, и признался во всем. Оказывается, он собирался бежать за границу и с этой целью хотел обеспечить себя.

Пусть говорят, что человека создал Бог!

"Даже идеалистов и тех мы можем побудить воздержаться от выступлений против нас, хотя они и утверждают, что Бог создал человека, а мы говорим, что человек произошел от обезьяны... Одним словом, нам не следует наносить удары по всем направлениям. Нанесение ударов по всем направлениям создаст напряженность во всей стране, что будет очень плохо. Мы ни в коем случае не должны восстанавливать против себя всех и вся, необходимо идти на некоторые уступки, некоторую разрядку в одном направлении и сосредотачивать силы для наступления в другом направлении. Мы обязаны хорошо поставить свою работу, чтобы рабочие, крестьяне и мелкие ремесленники нас поддерживали, чтобы подавляющее большинство национальной буржуазии и интеллигенции не шло против нас. Таким образом можно будет изолировать остатки гоминьдановских сил, шпионов и бандитов, изолировать класс помещиков, изолировать тайваньских и тибетских реакционеров, изолировать империализм перед лицом нашего народа. Такова наша политика, таков наш стратегический и тактический курс, такова линия третьего пленума ЦК" ["Не наносить удары по всем направлениям"].

Эти слова произнес Мао Цзэдун шестого июня 1950 г. на пленарном заседании ЦК КПК. Мао предостерегает от войны на всех фронтах, которая приведет к тому, что ты попадешь под круговой обстрел и тем самым окажешься на положении "вора", из-за собственной неосторожности и себе на погибель очутившегося в запертой "комнате". Так что негоже обращать стратагему 22 против себя, действуя безрассудно.

Харро фон Зенгер, "Стратагемы"


Немецкая воздушно-десантная операция по захвату Крита

20 мая 1941 года началась немецкая воздушно-десантная операция по захвату Крита.

В первый день немцы десантировали на остров около десяти тысяч человек. К вечеру в живых осталось 70 процентов парашютистов. У нападавших были на исходе боеприпасы, значительное их число было ранено.

Если бы командование союзников в соответствии с настоящей стратагемой в ночь на 21 мая провело наступательные действия, десант был бы уничтожен полностью. Для интенсивного боя у него просто не оставалось патронов, новые поступления могли быть доставлены только по воздуху на следующее утро. Но командование союзных войск проявило нерешительность, имея шестикратное превосходство в живой силе и подавляющее превосходство по видам вооружения.

На другой день яростные атаки немцев, получивших подкрепление и боеприпасы, были возобновлены. Через неделю с небольшим Крит был взят под контроль немецкими и итальянскими войсками, общие потери союзников составили около восемнадцати тысяч человек.

Французы во Вьетнаме

Во Вьетнаме стратагема "Закрыть дверь и поймать вора" использовалась с успехом неоднократно.

20 ноября 1953 года французские парашютисты захватили старый японский аэродром расположенный в долине Дьен Бьен Фу (Глиняных кувшинов).

В центре вражеской территории был создан укрепленный лагерь, состоящий из нескольких укрепленных фортов. Французы собирались устроить здесь свою опорную базу, полагая, что противник не сможет эффективно бороться с укрепленными позициями, не имея тяжелого вооружения. Но они недооценили вьетнамцев. К весне многотысячная масса носильщиков на своих плечах сквозь джунгли доставила к базе двести орудий, командующий вьетнамскими войсками генерал Во Нгуен Зиапа привел для участия в штурме четыре регулярные дивизии.

13 ноября 1954 года вьетнамцы открыли огонь и восемь недель вели его непрерывно. Было разрушено летное поле, что сделало невозможным посадку и взлет самолетов. Почти половина имеющейся у французов авиации - 169 самолетов - были сбиты или повреждены вьетнамской зенитной артиллерией. Становилось ясно, что база и ее защитники обречены. Но французское командование упорствовало. Бои продолжались, в лагерь высадился дополнительный батальон парашютистов.

7 мая массированные атаки сломили сопротивление защитников.

Из пятнадцатитысячного гарнизона четыре тысячи были убиты в ходе обстрелов и штурма, одиннадцать тысяч попали в плен. Вьетнамцы расстреляли всех попавших в плен соотечественников. Французские пленные сотнями умирали от ран, болезней, голода. Остались в живых и вернулись во Францию около четырех тысяч человек.

В заключение подчеркнем, что базу защищали элитные войска.

А.И. Воеводин, "Стратагемы - стратегии войны, манипуляции, обмана"



Данную страницу никто не комментировал. Вы можете стать первым.

Ваше имя:

Сайт: (не обязательно)

Введите символы: *
captcha
Обновить

Copyright © 2007-2016   Искусство стратегии и сталкинга   Валерий Чугреев   http://chugreev.ru   vchugreev.ru