Стратегия и сталкинг. Карлос Кастанеда

Карлос Кастанеда и его наследие

Валерий Чугреев. Искусство стратегии и сталкинга. Карлос Кастанеда

Стратегия > Сунь-цзы > Чжугэ Лян


Чжугэ Лян

Чжугэ Лян, он же Чжугэ Кунмин, - личность вполне историческая и все же почти легендарная. Он - популярнейший, даже всенародно любимый в Китае персонаж знаменитой эпопеи "Троецарствие", повествующей о соперничестве нескольких претендентов на престол в начале III века, когда на руинах ханьской империи возникли три самостоятельных царства. Причина необычайной популярности Чжугэ Ляна заключается не только в его гениальных дарованиях стратега и очевидном личном обаянии, но, пожалуй, прежде всего в том, что он сумел с редкой полнотой и убедительностью воплотить в своем лице идеальный тип китайского полководца - человека не просто умелого и храброго, но способного подчинить ремесло воина моральным принципам и духовной утонченности, прививаемым культурой.

Отроческие годы Чжугэ Ляна пришлись на внезапный крах еще недавно процветавшей династии Хань и разграбление столицы полуварварскими пограничными войсками империи. Он рано осиротел и воспитывался в доме дяди, правителя одной из областей на юге страны. Там он получил первоклассное по тем временам образование. После смерти дяди Чжугэ Ляну пришлось, чтобы прокормиться, самому заняться земледельческим трудом. При таком образе жизни, да еще в годы всеобщей смуты и усобиц, молодой человек мог только мечтать о карьере, достойной его способностей и нравственных качеств. Но счастливый случай нашел его, когда неподалеку от скромного уединенного домика разбил свой лагерь отпрыск ханьского дома Лю Бэй, желавший возродить блеск и могущество рухнувшей империи. Советник Л ю Бэя из влиятельного клана Сюй сказал ему:

"Поблизости живет молодой человек по имени Чжугэ Кунмин - это дракон, скрывающийся в уединении. Не желаете ли посетить его?"

"Приведите его ко мне", - сказал Лю Бэй.

"О, нет! - воскликнул советник Сюй. - К этому человеку можно придти в гости, но нельзя заставить его придти самому. Вам придется отправиться к нему, чтобы с ним побеседовать".

Предание утверждает, что Лю Бэю пришлось трижды являться к Чжугэ Ляну, прежде чем молодой мудрец согласился его принять. Еще говорят, что, услышав первые же суждения Чжугэ Ляна о современных событиях, Лю Бэй отпустил всю свою свиту и с наслаждением беседовал с отшельником с глазу на глаз до глубокой ночи. Чжугэ Лян тогда без обиняков предложил Лю Бэю провозгласить своей целью реставрацию власти Хань.

"Взгляните на своего главного соперника Цао Цао, - говорил он. - Он начинал имея под своим командованием горстку воинов, а ныне владеет всей центральной равниной страны. Победить куда более сильных противников он смог потому, что превосходил их в полководческом искусстве. А теперь посмотрите на окрестные земли. Доступ к ним преграждают высокие горы, но за горами лежат плодородные равнины которые позволят содержать могучее войско. Жители этих мест сильны и выносливы и хотят иметь мудрого правителя. Если вы укрепитесь в этом районе и наладите дружеские отношения с соседними племенами и могущественными предводителями, вы сможете противостоять любому нападению. И тогда династия Хань воспрянет вновь!"

Так решилась судьба Лю Бэя: он стал правителем области Шу, занимавшей юго-западную окраину тогдашнего Китая, и объявил себя законным преемником Ханьской династии. А Чжугэ Лян стал его преданным советником. Когда же Лю Бэй умер, Чжугэ Лян фактически правил царством от имени его малолетнего наследника. Он ни разу не изведал горечь поражения, но умер как подобает воину, в походе, выполняя свой долг. Это случилось в 234 году.

Чистая и прямая, как лезвие меча, натура Чжугэ Ляна раскрывается в его завещании, обращенном к молодому правителю Шу:

"Я покорно прошу государя неустанно очищать свое сердце, умерять свои желания, сдерживать себя и любить народ, на государственные должности ставить мужей мудрых и добрых, а людей подлых и корыстных изгонять со службы. Так можно укрепить основу государства.

Мои потомки имеют все необходимое для жизни. Что же касается меня, то я ношу казенное платье, ем казенную пищу и не имею доходов для себя лично. Когда я умру, прошу не обряжать мое тело в пышные одежды и не класть в гроб дорогих вещей, дабы не обременять государственную казну..."

В предсмертных наставлениях сыну Чжугэ Лян дает ему такой совет:

"Благородный муж покоем совершенствует себя, бескорыстием взращивает свое совершенство. Не будучи целомудренным, нельзя достичь просветленности воли. Не храня в себе покой, нельзя достичь отдаленной цели. А посему учение следует покою, а таланты следуют учению. Без учения невозможно развить свои таланты, а без покоя невозможно добиться успеха в учении..."

Наконец, свое жизненное кредо он изложил в следующих словах:

"Помыслы должны быть возвышенными и устремленными далеко. Подражать надо мудрым и достойным мужам. Нужно уметь отстраняться от своих чувств и желаний и не связывать себя вещами. Следует хранить осмотрительность и в момент опасности, и в часы досуга.

Необходимо иметь обширные познания и гнать прочь недовольство и отвращение. Тот, кто не воспитал в себе силы воли и не способен противостоять соблазнам, погрязнет в мирской пошлости, станет рабом своих страстей и прислужником заурядных людей..."

Таков психологический портрет Чжугэ Ляна, простой и строгий. Портрет настоящего полководца. Для читателей же эпопеи "Троецарствие" Чжугэ Лян привлекателен, скорее, плодами невидимой внутренней работы над собой - его блестящими победами над противниками в многочисленных военных столкновениях. Впрочем, он остался в народной памяти как "просвещенный полководец", умеющий одерживать победу без боя, - высшее достижение в китайской стратегии. Здесь будет уместно напомнить о некоторых самых известных эпизодах полководческой карьеры Чжугэ Ляна.

Пожалуй, самый блестящий военный успех Чжугэ Ляна связан с эпизодом, когда он чуть ли не в одиночку заставил отступить многочисленное вражеское войско. Этот эпизод получил название стратагемы "Пустого города" и вошел в состав 36 классических приемов стратегии. Обаяние этого приема заключается в полном отсутствии умственной ловкости, подобающей гениальному стратегу. Находясь в безвыходном положении, Чжугэ Лян открывает ворота пустого города и, взойдя на башню, демонстрирует своим видом полный покой и уверенность в себе и не только показывает, но, главное, в самом деле воплощает собою этот мир и бесстрастность в душе. Вид Чжугэ Ляна производит на вражеского предводителя такое впечатление, что он, всерьез опасаясь подвоха, отводит свое войско от города... Таков этот гениальный в своей простоте, но доступный только таким гениям стратегии, как Чжугэ Лян, военный прием.

В другом случае Чжугэ Ляну пришлось противостоять армии своего неизменного соперника Цао Цао, которая в два-три раза превосходила по численности войско царства Шу. У Чжугэ Ляна было принято регулярно заменять воинов на боевых позициях. Его помощники советовали ему ввиду чрезвычайных обстоятельств отступить от своего правила и задержать воинов, которым предстояло вернуться домой, но он ответил: "Моя власть в войсках основывается на преданности и доверии. Потерять доверие в погоне за преимуществом - большая ошибка. Воины, которым предстоит смениться, уже собирают вещи, а их жены и дети стоят у ворот, считая дни, оставшиеся до их возвращения. Хотя нам угрожает опасность, это еще не повод для того, чтобы отворачиваться от должного и справедливого". И Чжугэ Лян приказал всем воинам, срок службы которых истек, возвращаться домой.

Это известие так тронуло отъезжающих, что они все до единого решили остаться и принять участие в битве. "Даже если мы погибнем в бою, мы не сможем отплатить нашему предводителю за его доброту", - говорили в войсках.

Когда настал день битвы, воины Чжугэ Ляна с необыкновенным воодушевлением ринулись в бой и разгромили врага.

И еще один пример того, как Чжугэ Лян умел побеждать не силой оружия, а силой добродетели. Предводитель местных племен на южных окраинах Шу долгое время воевал против Лю Бэя. Семь раз Чжугэ Лян ходил в поход против этого вождя, семь раз брал его в плен и каждый раз отпускал, демонстрируя свое великодушие. В конце концов вождь аборигенов добровольно покорился Лю Бэю и с тех пор преданно служил ему.

Что касается сочинений Чжугэ Ляна, то они, ясные и четкие, говорят сами за себя. Мы находим в них безыскусные, но полные глубокого смысла, безоговорочно убедительные правила ведения войны и управления людьми - настоящие жемчужины китайской военной мудрости. Они касаются различных сторон воинского искусства: поведения полководца, управления войсками, тактики боя, отбора помощников и др. Чжугэ Ляна, как можно видеть, не интересуют военные хитрости, для него на первом месте стоит личность самого полководца. Его советы столь же просты, даже тривиальны на первый взгляд, сколь и трудновыполнимы. Но тот, кто сможет претворить в жизни эту строгую простоту мыслей и поступков, без особых усилий сможет достичь многого.

Трактаты Чжугэ Ляна остаются одним из лучших свидетельств безупречной чистоты сердца - этого главного сокровища китайской мудрости. Не случайно они вошли во все основные собрания книг по воинскому искусству в Китае.

Перевод китайских текстов осуществлен по изданию: Чжугэ Лян бинфа (Военное искусство Чжугэ Ляна) / Коммент. Пу Инхуа. Тайбэй, 1995.

В.В. Малявин, "Искусство управления"


lilya 25.11.2016 10:22
Хотелось бы узнать больше о его деятельности

[Ответить]
Crapster 02.12.2016 06:48
Насчет того, что Чжугэ Лян никогда не знал поражения - это, увы, не так. Не знал поражений он в битвах до конца жизни, а в стратегии - в юности, пока был остер умом и ясно осознавал ситуацию, но ближе к концу жизни он порядком "зазвездил" и сам начал воспринимать себя как непобедимого и непогрешимого стратега, в результате чего начал допускать серьезные и опасные промахи. Почти все его Северные походы против царства Вэй были неудачны по одной и той же причине: Чжугэ Лян не мог нормально организовать снабжение армии провиантом, что позволяло его противнику Сыма И вести позиционную войну и выжидать, пока голод не заставит шуские войска уйти. Кроме того, он не слишком хорошо разбирался в людях, что в случае с Ма Шу привело к поражению в войне, а с Вэй Янем - к предательству последнего. Великий талант этого человека никто не отрицает, но автор "Троецарствия" значительно идеализировал шусцев, а особенно - именно Чжугэ Ляна, которому приписал много чужих подвигов (например, план огневого нападения во время битвы при Чиби). Одним словом, это легендарная личность во всех смыслах.

[Ответить]
Валерий Чугреев 02.12.2016 10:41
> Crapster
Спасибо, интересная информация.

[Ответить]
Crapster 02.12.2016 13:26
Не за что. Кстати, еще одно маленькое замечание насчет адресной строки: в пиньинь (английской транскрипции китайского) имя Сунь-цзы пишется как Sun Tzu, а Чжугэ Ляна - как Zhuge Liang. Не то чтобы это было принципиально в данном случае, просто в текущем виде индексироваться в поисковиках будет неверно.

[Ответить]
Валерий Чугреев 02.12.2016 14:34
С этим сложно что-то сделать. На данный момент есть куча внешних ссылок на эти страницы, если поменять адрес, то они отвалятся. Можно, конечно, сделать переадресацию (редирект), но мне не хочется этим заниматься. Не актуально. В любом случае – спасибо!

[Ответить]

Оставить комментарий

Ваше имя:

Сайт: (не обязательно)

Введите символы: *
captcha
Обновить

Copyright © 2007-2017   Искусство стратегии и сталкинга   Валерий Чугреев   http://chugreev.ru   vchugreev.ru