Мечта.

Слова всплывают изнутри, с вихрем,
который струится от ступней...
всей своей грудью
я приветствую эту планету,
что вибрирует под ногами,
я обнимаю это существо,
дающее кров путешественникам.

ни один день, и ни один час,
и даже ни одно дыхание не повторяет себя:
каждое биение сонного сердца
имеет собственный ритм,
свою полутень и свой глоток времени,
все отдается эхом в бесконечности,
той, что пульсирует с удивительной гармонией,
и,
кажется,
перебирает аккорды существований, высекая искры
из соприкосновений...
Мне открылось, что моя невозможная суть,
мое существо, потемневшее от долгого времени, -
окрыленная мечта,
таинственная, неудержимая, ускользающая,
веками оттачивающая свое терпкое обаяние,
(даже мысль о встрече с ней ввергает в головокружение...)

Она была уверена в моем появлении,
задолго до того, как я увидел сови первые звезды,
и эта мечта ждала меня в сумерках, на границе дня и ночи,
и сейчас, когда я повернулся лицом к бытию,
мне не нужно зеркал, чтобы смотреть на нее;
когда она выглядывает наружу,-
в моих глазах - капли жидкого янтаря,
дрожащие от немигающего взгляда,
обращенного внутрь закручивающейся раковины древности;

у меня были беспомощные, отяжелевшие крылья,
занесенные илом забытых историй,
и сам я был пленной птицей, которая почти уже полюбила свою маленькую
ржавую клетку...
мечта позвала меня
почти неслышно,
и ее тихий голос, как тень змеи, вполз в мою грудь,
ее легкий шелест прошиб меня насквозь,
она позволила мне вспомнить
предназначенье крыльев,
она налила в меня до краев эту сумасшедшую тоску -
жить и умереть во всей полноте.

я могу отбросить все, что у меня есть,
но никогда уже не смогу быть тем кем я был.
теперь я знаю, что она шевелится в моих снах
и позволяет мне сновидеть себя.
и когда я вверяю ей свое тело и мысли,
распутываются переплетенные нити
времени, пространства и расстояния,
не существует ни рядом ни близко;
ни вверху , ни внизу;
ни востока ни запада.
Есть только здесь и сейчас,
только интенсивность,
которая удерживает слитно частицы моего существа,
готового в любой момент рассеяться подобно облачку пыльцы,
это воздух, это ветер,
это протуберанцы намерения,
которые вырываются из самой глубины сердца к мечте,
которой я теперь являюсь и которая готовит меня к окончательному полету,
эта мечта- великая путешественница, я всего лишь ее мимолетный эпизод,
я всего лишь лодка, Она - водоворот и течение.
Я - перо из ее оперения;
я - новый щит и меч для этого тысячелетнего воина;
я- ступенька храма, пирамиды из чичен-ицы.
Она-путь, а я - странник, который успевает испытать краткий восторг на этом пути...

Она это я, и поэтому она заглядывает в саму себя,
я - продукт ее множественности:
сказок и цветов, летающих и бессмертных существ,
источников, рек, озер, морей и водопадов,
птиц и бабочек, светлячков и стрекоз,
змей и тигров, муравьев и страусов,
синевы и солнца.
Она выкрасила мое тело картинами и драгоценными перьями.
Она дала мне голос и тембр моих предков.
Она напела мне в уши, что я родом из Олмеков,
что по моим жилам протекают теотихуанские шоссе,
выложенные камнями из пирмаид;
в лагунах моего сердца волнуются
нопал и ацтекский орел...

Быстрый и яростный взгляд,
брошенный стариком из рода майя
настиг меня однажды
и теперь я не принадлежу себе.
где-то здесь, в горах моего существа
роса покрывает рассветные камни и
путники хранят молчание у костра;
Где-то здесь,
в моих пустынях маленькие смерчи носят пыль,
и по моим кукурузным полям,
подземным озерам и деревьям спускаются и восходят Яки, Зоки и Мамес.
Эти и другие,
чьих имен никто не в силах вспомнить,
сворачивают мое тело в улитку,
внутри которой каждый уголок моего существа
является священной площадкой для игры в мяч.
по утрам мне подносят зуб льва
и хрустящие лучи звезд покалывают мое лицо;
все уголки неба вспыхивают как от факела
и вспенивается Венера, бессонная звезда.

Под ее светом множественность,
которой я являюсь,
исчезает в пространствах полетов,
чтобы вернуть миф о творении
и вспомнить вновь намерение и цель существования.
С трепетом я вручаю себя полностью, без остатка-
крылатому змею из своего сна,
и позволяю порыву ветра унести меня,
под крылом огромной пернатой тени...

...и уносится вдаль рокот воинственных барабанов....

(единственное что я знаю, что это перевод с испанского. вполне вероятно, что написал ученик Дона Хуана или ученик его ученика).
буду признательна , если кто-то знает имя автора.