Этот фильм намного тяжелее двух предыдущих фильмов Бергмана, которые я смотрел - "Седьмая печать" и "Земляничная поляна", временами он даже казался нудноватым, пока не появлялись тонкие моменты, такие, как застывшие люди, наталкивающие на размышления о вечности бытия и такие, от которых появлялись мысли о бренности всего сущего. А концовка фильма оказалась настолько мощной, без лишних слов, что превзошла все мыслимые и немыслимые ожидания, я даже стал ходить по комнате, чтобы прийти в себя.

Мне не понравилось обывательское описание сюжета, поэтому вот описание самого режиссёра:

В книге «Картины» Бергман поясняет: «Из всех злоключений и конфликтов, печальных условий, в которых находится человек, в „Молчании“ выкристаллизовывается лишь маленькая чистая капля чего-то иного — внезапный порыв, попытка понять несколько слов на чужом языке, это нечто странное, но единственное, что остается. Только это и позитивно».

В одном из поздних интервью Бергман сообщает: «В основе фильма лежит столкновение между нашими идеями и реальной жизнью… Идея „Молчания“, как и „Причастия“, связана с музыкальным произведением, а именно с Концертом для оркестра Бартока. Первоначальная мысль была сделать фильм по законам музыки, а не драматургии. Фильм с ассоциативным ритмическим воздействием, с главным и побочными мотивами. Единственное, что осталось от Бартока в этом фильме, — начало с его глухим низким тоном и внезапным взрывом!.. И потом меня всегда завораживал незнакомый город… Первоначально я хотел сделать главными персонажами двух мужчин — старого и молодого… Но потом я вдруг увидел в Ингрид Тулин и Гуннель Линдблюм интересный контраст двух мощных полюсов. А катализатором послужил… маленький мальчик… Юхан — центральная фигура, потому что обе героини проявляют по отношению к нему свои лучшие качества… При всей своей убогости Эстер для меня — квинтэссенция чего-то неистребимо человеческого… Они (сестры. — В. Р.) уже больше не могут разговаривать друг с другом… Когда вышел фильм… я получил анонимное письмо с обрывком использованной туалетной бумаги. Так что этот с точки зрения сегодняшнего дня невинный фильм был принят в штыки»

У меня тоже такое было после первого семинара по кастанедовской тематике, где-то час ходил по квартире. Давно ещё смотрел этот фильм, как-то случайно попался он мне. Я бы сказал, что фильм, скорее, мутноватый, чем нудноватый. Он как бы глушит ум и обращается напрямую к телу. Впечатлило, как игра актёров сподвигла заглянуть за барьер эго, по которому так активно ударял режиссёр на протяжении всего фильма.

Целый час точка сборки блуждала по квартире.